услуги сантехникакрасноярск.

А.О. Кауфман Группа служилых татар в составе кузнецкого гарнизона (вторая половина XVII – первая четверть XVIII вв.)


текст
посмотреть файл
версия для печати

 

А.О. Кауфман

Группа служилых татар в составе кузнецкого гарнизона (вторая половина XVII - первая четверть XVIII вв.)

Под «служилыми татарами» следует понимать только ту группу местного населения, которая «версталась государевым жалованьем», находилась в составе гарнизона определенного города (или острога) и несла военную службу наравне с русскими служилыми людьми.

О служилых татарах в составе гарнизонов городов и острогов Западной Сибири специальных публикаций пока немного. Среди них, прежде всего, следует отметить работу СВ. Бахрушина1. Также по этой теме вышли в свет десять публикаций З.А. Тычинских2 и две работы автора, одна из которых впервые специально рассматривает вопрос о привлечении части кузнецких татар «в русскую службу» и собственно о служилых татарах в составе кузнецкого гарнизона в первой половине XVII в.3

Впрочем, в некоторых более ранних работах тема служилых татар в Кузнецке изучалась, наряду с другими, относительно подробно. Здесь можно назвать публикации А.П. Уманского4 и Ю.Г. Недбая5. Первый говорил о попытках привлечения части «выезжих белых калмыков» на русскую службу, а второй, в частности, приводил сведения о численном составе и размерах денежного жалованья служилых татар в составе кузнецкого гарнизона в конце XVII - первой четверти XVIII вв.

В ряде работ о привлечении части местного населения «в русскую службу» и собственно о служилых татарах кузнецкого гарнизона имеются лишь отрывочные сведения. Это публикации Д.И. Тверской6, З.Я. Бояршиновой7, В.И. Сергеева8, Н.Ф. Емельянова9, А.А. Люцидарской10 и А.П. Уманского11.

Данная публикация призвана восполнить некоторые пробелы в изучении формирования и деятельности группы служилых татар в составе кузнецкого гарнизона.

Основное внимание будет уделено освещению вопросов их численности, государственного обеспечения и характера деятельности во второй половине XVII - первой четверти XVIII вв. В своем исследовании мы использовали документы деловой переписки и приказного делопроизводства: воеводские «отписки», «окладные» и «раздаточные книги жалованья» и т.д.

Формирование группы служилых татар в составе кузнецкого гарнизона заняло более 40 лет12.

Начальной датой этого процесса являлся 1608 или 1609 г., когда князек абинских татар Базаяк присягал на верность русскому царю13.

Конечной датой мы считаем 1651 или 1652 г., когда в гарнизоне Кузнецкого острога была сформирована эта группа служилых людей. В этот период абинские татары, освобожденные русскими от уплаты ясака, выполняли повинности в пользу государства - подводную и воинскую. Но они, естественно, за это не получали жалованья и, следовательно, их нельзя назвать «служилыми татарами».

Документы данного периода также говорят об этом. Только в 1651 или 1652 г. в составе кузнецкого гарнизона была сформирована группа служилых татар из числа абинцев. Два источника указывают на это.

Первый источник - «скаска» кузнецкого сына боярского Евтихия Савинова из кузнецкой «разборной книги» 1681 г. о его отце, Савинке Микитине, где тот, в частности, указывает, что «в 160 г. (1651/1652 г. - Л.К.)  ...приверстан отце мой в Кузнетцком к кузнетцким служилым тотаром (выделено мной. - А.К.) головою». До этого Савинко Микитин, как сообщается в «скаске», служил «в городовых татарских толмачах тритцат лет»14.

Второй источник - «отписка» томского воеводы Н.О. Нащокина кузнецкому воеводе Ф.Е. Баскакову, датированная второй половиной декабря 1652 г. В ней томский воевода предупреждает своего кузнецкого коллегу о возможном походе на Енисей, «в Кыргызы»: «...а Кузнецкого острогу государевым служилым людем, конным и пешим казаком, и служилым тотаром (выделено мной. - А.К.) велеть готовить свои запасы и лошадей беречь для государевы службы»15 .

Итак, группа служилых татар была сформирована в составе гарнизона Кузнецкого острога в 1651 или 1652 г. Как мы уже выяснили, первым татарским головой здесь был Савинко Микитин. На его служебной карьере стоит остановиться подробнее.

Савинко Микитин «выехал на государево имя» из Крыма и, скорее всего, был крымским татарином. Его татарское имя - Дасай (Дасайка). В Москве он принял православие и стал зваться Дасайкой Микитиным.

В 1624-1625 гг. его прислали в Кузнецкий острог. Практически сразу же по приезде он «отличился» - участвовал в заговоре служилых людей и пашенных крестьян, которые пытались бежать из острога «на Русь» (в европейскую часть России). Он согласился на побег «из бедности», но в последний момент передумал, а заговорщикам сказал: «...хошь де мне в Кузнецком остроге межи двор пропасть, а с вами не еду»16. Заговорщики в количестве 15 человек, под предводительством Ивана Игнатьева и Ивана Зверева, «побежали» из Кузнецкого острога 5 мая 1626 г. Побег для них закончился неудачно: все они были пойманы под Томском и отправлены назад17.

Что касается Дасайки Микитина, то уже в 1626/1627 г. он числился почему-то среди «конных присылных черкас» и получал 7 рублей 25 копеек годового денежного жалованья18. Тогда это был один из самых высоких окладов в кузнецком гарнизоне19.

В это время Дасайка Микитин часто был в походах за ясаком в качестве толмача - в октябре 1626 г. он ходил под руководством десятника конных казаков Григория Яковлева за ясаком «в Кыргызы», в Обраев улус20, а в феврале 1630 г. он с тем же Г. Яковлевым был послан «по недоборной ясак» в кондомские волости21. Правда, на этот раз его уже звали не Дасайка, а Савинка Микитин. Оба похода за ясаком закончились успешно.

В 1636/1637 г. С. Микитин числился уже в конных казаках с тем же размером оклада денежного жалованья, что и 10 лет назад22. В 1642/1643 г. он уже находился в должности толмача и получал уже 8 рублей в год23.

В 1651/1652 г. С. Микитин, как уже говорилось выше, был назначен татарским головой, а также «к государевым ясашным тотаром толмачем», а денежный оклад ему увеличили до 10 рублей. Кроме этого он получал еще хлебное и соляное жалованье. По новому окладу ему платили 10 четвертей ржи, 10 четвертей овса и 3 пуда соли24. Эти две должности С. Микитин «исполнял», по крайней мере, 10 лет25. А служил в Кузнецком остроге он в общей сложности около 40 лет. Четыре сына С. Микитина - Максим, Евтихий, Иван и Яков - также служили в Кузнецком остроге26.

Что касается кузнецких служилых татар, или, как они называются в документах, «подгородных служилых абинских тотар», то их численность в разные годы выглядела следующим образом: в 1661/1662 г. их в местном гарнизоне было 20 человек27, в 1672/1673 г., в 1678/1679 г. и в 1687/1688 г. - по 21 человеку28, в 1703 и 1724 гг. - опять по 20 человек29.

Служилые абинские татары получали только денежное жалованье, при этом в 1660-х - 1680-х гг. их «старший» оклад равнялся 3 рублям, а «младший» - 50 копейкам30. Если сравнивать эти показатели с другими городами Западной Сибири, то в конце 1670-х гг. в Тобольске у служилых татар «старший» оклад составлял 20 рублей, «младший» - 2 рубля31, в Тюмени соответственно - 12 и 3 рубля32, в Томске - 9 и 2 рубля 50 копеек33. А в Таре в конце 1680-х гг. эти показатели у служилых татар равнялись соответственно 12 и 3 рублям34.

Как мы видим, в Кузнецком остроге служилые татары в 1660-е - 1680-е гг. получали значительно меньше, чем в других городах Западной Сибири. Здесь даже их «старшие» оклады примерно равнялись «младшим» окладам служилых татар других городов региона. Причину этого явления следует искать в низком социальном статусе служилых абинских татар в иерархии татарского общества Западной Сибири: в перечисленных выше городах «старшие» оклады получали князья, мурзы и их потомки, а в Кузнецком остроге - есаул и его потомки.

В первой четверти XVIII в. ситуация с жалованьем кузнецких служилых татар не изменилась к лучшему, они по-прежнему получали меньше, чем их коллеги в других городах Западной Сибири. По «Ведомости», присланной в Сенат из Сибирской губернии в 1724 г., в Тобольске служилые татары получали в среднем но 6 рублей 38 копеек, в Тюмени - по 4 рубля 83 копейки, в Томске - по 4 рубля 20 копеек, в Кузнецке - по 1 рублю 15 копеек35.

А по «Генеральной выписке» 1722 г. в Таре служилые татары получали в среднем по 8 рублей 20 копеек36.

Группа служилых абинских татар обновлялась в основном за счет набора «в выбылые места» их детей и других родственников. Это говорит, с одной стороны, о доверии русской администрации, а с другой стороны - о престижности для них самих военной службы, несмотря на небольшое жалованье.

Например, за 11 лет, с 1661/1662 г. по 1672/1673 г., эта группа обновилась на 40 /о37, а за 17 лет, с 1661/1662 г. по 1678/1679 г., - на 55%38. Некоторые из них служили достаточно долго. Например, более 20 лет во второй половине XVII в. в составе гарнизона Кузнецкого острога находились: есаул Ургоячко Онмияков с окладом в 3 рубля, Конайко Кошендаев с окладом в 2 рубля, Турначачко Урушпаев с окладом в 1 рубль и Тюшегечко Кошендаев с окладом в 50 копеек39.

Если служилый татарин Кузнецкого острога начинал службу в одном окладе, то он, как правило, в нем и находился. Переводов «из оклада в оклад» и прибавок к жалованью практически не было. Как исключение можно привести пример, когда Одиячко Онмияков, получавший в 1672/1673 г. всего 50 копеек, в 1678/1679 г. уже получал 3 рубля40. Здесь, скорее всего, имел место именно перевод «из оклада в оклад», а не прибавка к жалованью.

Надо полагать, что в освободившийся оклад он был «поверстан», также как и его брат Ургоячко, «за службы» отца своего, есаула абинских татар Анмиячки (Онмиячки), который возглавлял их в 1620-е - 1630-е годы41. Под его «началом», например, в 1627- 1635 гг. находилось 76 человек42.

Данные о численности и жалованье, а также о комплектовании служилых татар кузнецкого гарнизона мы получили, в основном, из местных «окладных книг». Известно, что в течение XVII в. жалованье служилым людям выдавалось нестабильно, иногда с задержками и но частям. Вместо денег могли платить и товарами, например тканями. Не был исключением в этом отношении и Кузнецк.

Например, по кузнецкой «раздаточной книге жалованья» 1687/1688 г43., служилые абинские татары получили от 50 % до 100 % своего годового жалованья. Причем чем меньше были их оклады, тем процент выданного им жалованья был больше. Небольшая часть выдавалась деньгами, остальная - тканями (холстом и, как исключение, сукном).

Двое из местных служилых татар, имевшие оклад в 3 рубля, получили но 20 копеек деньгами и по 40 аршин холста за 1 рубль 30 копеек. Еще двое находились в окладе по 2 рубля, а выдали им по 19 копеек и по 25 аршин холста за 81 копейку. У 12 человек оклад составлял 1 рубль. Из них 11 человек получили по 10 копеек и по 12 аршин холста за 65 копеек. И только Салбогачко Кубаев «для иво нужи и бедности» получил полный оклад - 28 копеек и 2 аршина сукна за 72 копейки. Видимо, сукно выдали ему на новый кафтан, который он не мог купить. Один служилый татарин имел оклад в 60 копеек, а получил 12 копеек и 12 аршин сукна за 39 копеек. И, наконец, у четверых оклад составлял 50 копеек, и они получили жалованье в полном объеме - по 11 копеек и по 12 аршин холста за 39 копеек.

Что касается деятельности служилых татар в составе кузнецкого гарнизона, то они вместе с другими служилыми людьми участвовали во всех важных военных операциях и походах.  Например,  в  1682  г.  под Кузнецк подошло джунгарское войско под предводительством Матура-тайши. В боях за город принимали участие и служилые татары. Тогда погибли 8 абинцев44.

18 сентября 1700 г. на Кузнецк и его окрестности было совершено одно из крупнейших нападений за всю его историю. Объединенное войско енисейских кыргызов и джунгар насчитывало более тысячи человек. Они «стояли под городом неделю, приступали кругом города ко всем воротам»45. Кочевники нанесли серьезный урон местным жителям. Было убито 40 человек, взято в плен 52 человека. Кроме того, были сожжены Рождественский монастырь и несколько деревень на правом берегу Томи, там же разорено много юрт «выезжих подгородных белых калмыков» (часть телеутов, принявших русское подданство и поселившихся под Кузнецком).

Кочевники сожгли и потоптали хлеб, угнали большое количество лошадей и крупного рогатого скота. Когда противник через неделю отступил от Кузнецка, так и не взяв города, за ним была организована погоня. Отряд в 250 человек возглавлял атаман конных казаков Федор Сорокин.

Через три дня, продвигаясь вверх по Томи, отряд догнал 50 отставших кочевников, в короткой схватке 6 из них были убиты, многих ранили. Удалось отбить у кочевников 6 человек «полону» и около 150 голов скота46. Отряд Ф. Сорокина потерял в этом походе 9 человек - четверо были убиты и пятеро ранены. Об этом мы узнали из кузнецкой «послужной книги» 1705 г. Все участники похода Ф. Сорокина получили «послужное жалованье».

Членам семей убитых «до смерти» и раненым выдали по 1 рублю денег или сукно «анбурское» (западноевропейского производства) на ту же сумму. Остальные получили в два раза меньше, также деньгами или тканями47. В этой военной экспедиции участвовали и 9 служилых абинских татар. Все они были награждены «послужным жалованьем» по аршину 6 вершков сукна «анбурскаго» за 50 копеек48.

Служилые абинские татары участвовали не только во всех важных военных операциях и походах, но и несли караульную и патрульную службу, участвовали в сборе ясака и в «посольствах» к кочевникам. В начале XVIII в., когда русские стали осваивать земли в верховьях Иртыша, Оби и Енисея, служилые абинские татары принимали участие в строительстве на новых территориях острогов и крепостей. Например, в 1709 г. Бикатунский острог и Белоярскую крепость в 1717 г. сооружали в том числе и служилые абинские татары49.

Пока сложно сказать, когда именно служилые татары исчезают из состава кузнецкого гарнизона, но одно из последних упоминаний о них относится к 1734 г. Г.Ф. Миллер, посетивший в сентябре город, отметил, что среди служилых находятся и «20 абинских татар, которые также получают жалованье и служат подобно казакам»50.

Подводя общий итог, следует сказать, что после оформления группы служилых татар в составе кузнецкого гарнизона в 1651 или 1652 г., численный состав ее практически оставался неизменным (20-21 человек), а «в выбылые места» набирали, в основном, детей и других родственников служилых татар. Эта служба была для них престижной, несмотря на небольшой размер жалованья, по сравнению с их коллегами из других городов Западной Сибири.

Служилые татары кузнецкого гарнизона получали только денежное жалованье. Они участвовали вместе с другими кузнецкими служилыми людьми в несении караульной и патрульной службы, в отражении нападений на город и его окрестности, в военных походах против кочевников, в сборе ясака, в «посольствах» к кочевникам, в строительстве новых укрепленных пунктов.

 

Примечания:

1Бахрушин СВ. Сибирские служилые татары в XVII в.  //  Научные труды. М.,

1955. Т. III. Ч. 2. С 153-175.

2 Тычинских З.А. Служилые казаки Кульмаметевы в XVIII в. // Сибирские татары: Материалы I Сибирского симпозиума «Культурное наследие народов Западной Сибири». Тобольск, 1998. С. 117-119; Она же. Об особенностях татарского казачества // Русские старожилы: Материалы III Сибирского симпозиума «Культурное наследие народов Западной Сибири». Тобольск; Омск, 2000. С. 113-115; Она же. К вопросу о землевладении и землепользовании татар (на примере татар-казаков Тобольского и Тюменского уездов) // Сулеймановские чтения - 2001: Материалы научно-практической конференции. Тюмень, 2002. С. 120-123; Она же. Из истории Сибирского татарского казачьего полка // Культурное наследие народов Сибири и Севера: Материалы Пятых Сибирских чтений. СПб., 2004. Ч. 1. С. 176-181; Она же. Численность и расселение служилых татар в XVII-XIX вв. // Тезисы докладов VI Конгресса этнографов и антропологов России. СПб., 2005. С 128; Она же. Роль и функции татарского головы в Сибирском казачьем войске (XVII-XIX вв.) // Ежегодник Тобольского музея-заповедника. Тюмень, 2006. №3-4 (32-33). С 88-97; Она же. Источники по истории татарского служилого сословия (по материалам коллекции ТГИАМЗ) // Интеграция археологических и этнографических исследований: Сборник научных трудов. Красноярск; Омск, 2006. С. 87-90; Она же. К вопросу о конфессиональной политике Российского государства в XVII-XVIII вв. в отношении служилых татар Сибири // Занкиевские чтения: Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Тобольск, 2007. С. 222-226; Она же. Ювелирные украшения как источники по истории татарского служилого сословия (но материалам коллекции ТГИАМЗ) // Сулеймановские чтения - 2007: Материалы X Всероссийской научно-практической конференции. Тюмень, 2007. С. 103-104; Она же. Татарские казачьи головы Кульмаметевы (XVII-XIX вв.) // Вестник НГУ. Новосибирск, 2007. Серия: история, филология. Т. 6. Вып. 1: история. С. 135-140.

3Кауфман А.О. Участие служилых татар Тобольска и Тюмени в торговле в 70-е гг. XVII в. (по материалам опубликованных таможенных книг) // Диалог культур и цивилизаций: Материалы VIII Всероссийской научной конференции молодых историков. Тобольск, 2007. Ч. 2. С. 95-98; Он же. Начальный этап формирования группы служилых татар в составе кузнецкого гарнизона (первая половина XVII в.) // III чтения, посвященные памяти Р.Л. Яворского (1925-1995): Материалы международной научной конференции. Новокузнецк, 2007. С. 140-152.

4Уманский А.П. Телеуты и русские в XVII-XVIII вв. Новосибирск, 1980.

5Недбай Ю.Г. История казачества Западной Сибири (1582-1808 гг.). Омск, 1996.

Ч. 3; Ч. 4.

6Тверская Д.И. К вопросу о роли купечества в процессе формирования всероссийского рынка в XVII в. // Новое о прошлом нашей страны: Сборник научных трудов. М., 1967. С. 290-300.

7Бояршинова З.Я. Ранние страницы истории Кузнецкого города // Новокузнецк в прошлом и настоящем. Новокузнецк, 1971. С. 12-25.

8Сергеев В.И. Основание Кузнецка и его уезда в Западной Сибири // Вопросы истории хозяйства и населения России XVII в.: Сборник научных трудов. М., 1974. С. 296-307.

9Емельянов Н.Ф. Спорные вопросы истории феодальной Сибири. Курган, 1991.

10Люцидарская А.А. Старожилы Сибири (историко-этнографические очерки XVII -начала XVIII вв.). Новосибирск, 1992.

11Уманский А.П. Кузнецк и алтайские остроги // Кузнецкая старина. Новокузнецк,

1999. Вып. 3. С. 3-18.

12 Кауфман А.О Начальный этап формирования группы служилых татар... С. 149.

13 Миллер Г.Ф. История Сибири. М., 1999. Т. I. Приложения. №62. С. 412.

14 РГАДА. Ф- 214. Оп. 1. Ед. хР. 716. Л. 996.

15  Кузнецкие акты XVII  -  первой половины XVIII вв.  Кемерово,  2006.  Вып.  3. №93. С. 9.

16  Кузнецкие акты XVII   -  первой половины  XVIII вв.  Кемерово,   2000.   Вып.   1.

№36. С. 131.

17Кузнецкие акты... Вып. 1. №36. С. 126-127.

18  РГАДА- Ф- 214. Оп 1. Ед. хР. 14. Л. 155.

19  РГАДА- Ф- 214. Оп 1. Ед. хР. 14. Л. 153-168 об.

20Кузнецкие акты... Вып. 1. №35. С. 121.

21  Кузнецкие акты... Вып. 1. №41. С. 144.

22Первое столетие сибирских городов. XVII век. (История Сибири. Первоисточники.). Новосибирск, 1996. Вып. VII. №24. С. 71.

23 РГАДА- Ф- 214. Оп 1. Ед. хР. 189. Л. 70 об.

24  РГАДА- Ф- 214. Оп 1. Ед. хр. 716. Л. 996-996 об.

25  РГАДА- Ф. 214. Оп 1. Ед. хр. 438. Л. 231 об.

26  РГАДА- Ф. 214. Оп 1. Ед. хР. 438. Л. 232 об; Там же. Ед. хр. 717. Л. 620 об., 621; Там же. Ед. хр. 810. Л. 535.

27  РГАДА- Ф- 214. Оп 1. Ед. хр. 438. Л. 244-244 об.

28  РГАДА- Ф- 214. Оп. 1. Ед. хр. 590. Л. 557 об.-558 об.; Там же. Ед. хр. 717. Л. 628-628 об.; Там же. Ед. хр. 958. Л. 68-73.

29Емельянов Н.Ф. Спорные вопросы истории феодальной Сибири... С. 78-79; Не-дбай Ю.Г. История казачества Западной Сибири (1582-1808 гг.). Ч. 3. Табл. №35. С. 127.

30  РГАДА- Ф- 214. Оп 1. Ед. хр. 717. Л. 628, 628 об.

31  РГАДА- Ф- 214. Оп. 1. Ед. хр. 657. Л. 195, 205.

32  РГАДА- Ф. 214. Оп. 1. Ед. хр. 663. Л. 108, 111.

33  РГАДА- Ф- 214. Оп. 1. Ед. хр. 716. Л. 100 об., 102 об.

34  РГАДА- Ф- 214. Оп. 1. Ед. хр. 965. Л. 72, 74 об.

35Недбай Ю.Г. История казачества Западной Сибири (1582-1808 гг.). Ч. 3. Табл.

№35. С. 126-127.

36Недбай   Ю.Г.   История   казачества   Западной   Сибири   (1582-1808   гг.).   Ч.   4. Табл. №37. С. 36.

37  РГАДА- Ф- 214. Оп 1. Ед. хР. 438. Л. 244-244 об.; Там же. Ед. хр. 590. Л. 557 об.-558 об.

38  РГАДА- Ф. 214. Оп 1. Ед. хр. 438. Л. 244-244 об.; Там же. Ед. хр. 590. Л.

557 об.-558 об.; Там же. Ед. хр. 717. Л. 628-628 об.

39  РГАДА- Ф. 214. Оп 1. Ед. хр. 438. Л. 244-244 об.; Там же. Ед. хр. 590. Л. 557 об.-558 об.; Там же. Ед. хр. 717. Л. 628-628 об.; Там же. Ед. хр. 810. Л. 683-683 об.; Там же. Л. 542-542 об.

40  РГАДА- Ф. 214. Оп. 1. Ед. хр. 590. Л. 558 об.; Там же. Ед. хр. 717. Л. 628.

41   Кузнецкие акты... Вып. 1. №35. С. 122.

42  Сергеев В.И. Основание Кузнецка и его уезда в Западной Сибири... С. 301.

43  РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Ед. хР. 958. Л. 68-73.

44  Уманский А.П. Телеуты и русские в XVII-XVIII вв. С. 258.

45  Памятники сибирской истории XVIII в. СПб., 1882. Кн. 1 (1700-1713 гг.). №10. С. 92.

46  Памятники сибирской истории XVIII в. С. 92, 93, 96.

47  РГАДА- Ф. 214. Он. 1. Ед. хР. 1425. Л. 182-202.

48  РГАДА- Ф. 214. Оп. 1. Ед. хР. 1425. Л. 199 об.-202.

49Уманский А.П. Телеуты и русские в XVII-XVIII вв. С. 259; Он же. Кузнецк и алтайские остроги. С. 6, 7, 13.

50 Миллер Г.Ф. Описание Кузнецкого уезда Тобольской провинции в Сибири в нынешнем его состоянии, в сентябре 1734 г. // Кузнецкая старина. Новокузнецк, 2003. Вып